ГлавнаяИстория Лоухского краяСтроительство социализма в Лоухском районе

КУРС —СОЦИАЛИЗМ

Мурманская желез­ная дорога

Мурманская желез­ная дорога

С окончанием гражданской войны и иностранной ин­тервенции перед партийной организацией, Советами, трудящимися Карелии во всей сложности встала проб­лема экономического переустройства края. Решение многочисленных задач во многом зависело от налажи­вания надежных транспортных связей и, в первую оче­редь, от нормальной работы Мурманской железной дороги. А она находилась в крайне тяжелом состоя­нии. Только на первоочередные нужды по ее восстанов­лению требовалось более 35 миллионов рублей. Но страна в то время таких денег выделить не могла. Надо было искать срочный выход, используя местные воз­можности. И такой выход был найден. По инициативе Ф. Э. Дзержинского Карельское ЭКОСО*  во главе с А. В. Шотманом к весне 1923 года разработало проект о мерах «материальной поддержки Мурманской желез­ной дороги», которым предусматривалась передача дороге вдоль линии территории в 3 миллиона десятин сроком на 10 лет. Все доходы от эксплуатации находя­щихся на этой территории леса, вод, полезных ископае­мых и других природных ресурсов поступали бы на восстановление и реконструкцию магистрали.


25 мая 1923 года проект был утвержден Советом Труда и Обороны как «Положение о промышленно-ко-лонизационном комбинате Мурманской железной доро­ги». С 1 октября того же года Положение вступило в силу.
Это мероприятие оказалось своевременным и эф­фективным выходом из трудного положения. Уже в 1923 году были реконструированы некоторые участки маги­страли, что повысило ее пропускную способность.
В дальнейшем деятельность комбината год от года расширялась: были построены несколько лесозаводов, рыбозавод, небольшие лесопилки, шпалорезки, мастер­ские, организованы лесозаготовки. Достаточно сказать, что к началу первой пятилетки добыча леса трестом «Желлес», входившим в комбинат, составляла треть всей заготовленной в Карелии древесины.
К осени 1930 года промкомбинат Мурманской же­лезной дороги свою задачу в основном выполнил, его подразделения постепенно перешли в ведение респуб­ликанских организаций.
Комбинат сыграл большую роль не только в восста­новлении железной дороги. Он способствовал освоению новых лесных массивов на севере Карелии, вызвал при­ток рабочей силы. Многие семьи, приехавшие по вер­бовке, оседали на обжитых за годы работы местах. Это было чрезвычайно важно для малонаселенных северных районов республики, где начиналась закладка основ социалистической экономики и индустрии.
Окончательная же реконструкция магистрали завер­шилась к концу первой пятилетки. Мурманская желез­ная дорога стала нормально действующей артерией, по которой в оба конца нарастающим потоком шли народ­нохозяйственные грузы. С 1935 года в честь СМ. Киро­ва, много сделавшего для развития экономики Севера, дорога стала называться Кировской.
    
    
До революции Чупинские горные разработки влачи­ли жалкое существование, по существу, они были прос­то преданы забвению.
Уже отмечалось, что с середины XVIII века спрос на карельскую слюду из-за развития стекольной промыш­ленности резко упал. Не доходили руки царского пра­вительства и до полевого шпата, кварца и других полез­ных ископаемых северной Карелии. Заливала вода «де­довские ямы», обрушивались и зарастали немногочис­ленные карьеры. Богатейшие месторождения лежали втуне, даже неразведанными. Между тем к концу XIX века Россия испытывала острый недостаток сырья для развивающейся фарфорово-фаянсовой промышленно­сти. Так, в 1913 году было ввезено из Норвегии и Швеции 11 000 тонн полевого шпата, тогда как общая своя добы­ча составляла всего 2000 тонн.
В 1914 году попытку организовать разработки квар­ца и полевого шпата в Карелии предприняли архангель­ские купцы Ландман и Сурков. С этой целью они арен­довали остров Олений в Чупинском заливе Белого моря. Попытка была вызвана отнюдь не заботой о благе импе­рии Российской, просто купцы надеялись хорошо по­греть руки на дефицитном сырье.
Предприниматели наняли рабочих, построили не­сколько бараков, начали пробные разработки. Но гряну­ла первая мировая война. Немецкого инженера, под чьим наблюдением развертывались работы, арестовали, обвинив в шпионаже. И дело заглохло.
Лишь при Советской власти на Чупинские горные разработки было обращено самое пристальное внима
ние. Официально их возрождение датируется 1922 го­дом. Однако по архивным данным (два тома их хранит­ся на ГОКе), собранным старейшим работником Чупин-ских рудников Павлом Федосеевичем Ситниковым, до­быча шпато-слюдяного сырья, правда, в небольших количествах, началась раньше. Уже в сентябре 1920 года, точнее — 28 сентября, президиум Кемского уездного Совета народного хозяйства обсуждал вопрос об охра­не разработок, а также построек на острове Оленьем. Тогда же здесь был организован рудник «Оленчик» и предпринята добыча шпата.
1 августа 1921 года председатель Керетского волис-полкома В. Коргуев сообщал Кемскому уездному СНХ: «Настоящим довожу до вашего сведения, что для фаб­рики «Изолятор» с острова Оленчик шпат в количестве 7000 пудов перевезен, погружен и отправлен по назна­чению».
8 мая 1922 года состоялось заседание президиума Карисполкома по проекту договора с Северо-Западным горным управлением. Проектом предусматривалось приглашение управления к совместной разработке запа­сов полевого шпата. В том же году в Москву и Петро­град из Чупы было отправлено 28000 пудов минерала. Правда, работам этим еще недоставало планомерности, руководство ими осуществлял Кемский уездный СНХ через Керетский волисполком. Но таким положение оставалось недолго. Вскоре все рудники были объеди­нены в единую организацию «Чупгорн» (Чупинские гор­ные разработки).
Особую страницу в истории разработок занимает 1922 год. В октябре состоялась встреча А. В. Шотмана с В. И. Лениным. На ней обсуждались вопросы экономи­ческого развития Карелии. Владимир Ильич вниматель­но выслушал посланца КТК и через несколько дней, 17 октября, направил в Совет Народных Комиссаров записку:
    
«Поддерживаю ходатайство тов. Шотмана о построй­ке писчебумажной фабрики в Карелии и разработке слюды. Если нет препятствий особого рода, прошу ускорить дело» (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 54, с. 299).
Эта записка положила начало планомерному изуче­нию и освоению чупинских месторождений.
С октября 1922 по октябрь 1923 было добыто 846 пудов слюды. По нынешним масштабам цифра более чем скромная. Но не будем забывать о времени и о том, что это была первая советская слюда. К тому же воз­можности рудников были ограниченными. В республике не хватало людей и средств для налаживания нормаль­ных работ. И в 1925 году «Чупгорн» вошел во Всесоюз­ное акционерное общество «Карелмурсиликат». Его учредителями были Совет Народного Хозяйства Карелии, промкомбинат Мурманской железной дороги и Все­союзный синдикат силикатной промышленности «Прода-силикат». Первоначальный основной капитал общества составил 125 000 рублей. По 40 процентов вложили Ка­релия и «Продасиликат», 20 процентов — Мурманская железная дорога. Акционерное общество просущество­вало недолго: всего год с небольшим. В декабре 1926 года оно было ликвидировано и чупинские горные раз­работки влились в союзный трест «Карелгранит».
Все эти организационные перестройки, конечно, не способствовали ритмичной, стабильной работе рудников. И все же их производительность из года в год росла. Например, полевого шпата было добыто по сезонам: 1922/23 годов — 1146 тонн, 1923/24 — 2702, 1924/25 — 6060, 1925/26—10 647, 1926/27—10 764 тонн (на 1 сен­тября).
Таким образом, за пять лет добыча увеличилась поч­ти в 10 раз. (Вспомним, что еще в 1913 году Россия ввозила примерно столько же шпата, сколько его было добыто в Чупе за сезон 1926/27 годов.)

 

* КарЭКОСО — экономическое совещание, которое направляло экономическую и хозяйственную работу в Карелии.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.