ГлавнаяКижский ансамбльРелигиозные обряды и традиции крестьян Русского севера на примере часовни из д. Леликозеро

В заонежских де­ревнях, как правило, было еще несколько сооружений, по­строенных совместными усилиями и содержавшихся «на па­ях» жителями одного или нескольких соседних селений. Такими постройками были часовня и мельница — ветряная или водяная. В соответствии с этой традицией в ходе реконструкции в музее заонежской деревни в Кижи была перевезена часовня Архангела Михаила, которая после реставрации заняла свое место в Заонежском секторе музея.
Часовня была построена в деревне Леликозеро, рас­положенной в 32 километрах севернее острова Кижи. Ни­каких документальных данных, связанных с историей ее сооружения, пока не обнаружено. Поэтому определить дату постройки можно только приблизительно, по некоторым характерным конструктивным особенностям. Специалист по деревянному зодчеству Карелии историк народной архитектуры и реставратор доктор наук А. В. Опо-ловников относит постройку часовни к XVII—XVIII векам.

Часовня Михаила Архангела из д. Леликозеро

Часовня Михаила Архангела из д. Леликозеро. Фото sobory.ru

Косвенным датирующим признаком могла бы служить датировка икон, составлявших убранство часовни. Несколько лет назад небольшой по количеству икон леликозерский иконостас подвергся реставрации, и в числе раскрытых икон (они экспонируются на выставке древнерусской живо­писи в Покровской церкви) оказались две подписные. На нижнем поле иконы «София Премудрость Божия» значится: «Писана икона сия лета 1674...» Более пространная «анно­тация» на иконе «Архистратиг Михаил в деяниях»: «Писана сия икона... в лето 1671... в часовню у Лелнкозера...» Каза­лось бы, все ясно: раз икона создана специально для Ле­ли козерской часовни в 1671 году, значит, уже в XVII веке часовня существовала. С этим нельзя не согласиться, одна­ко встает вопрос: о нашей ли постройке идет речь? Ведь иконы могли писаться для часовни — предшественницы ны­нешней... Так что и атрибуция икон мало помогает при датировке часовни.
Леликозерская часовня состоит из нескольких срубов-клетей, вытянутых в одном направлении — с востока на запад. Самая старая, первоначальная часть памятника — два помещения с востока: собственно часовня (или мо­лельня) и трапезная. Позже (по одним предположениям — в XVIII, по другим — в XIX веке) с запада были пристрое­ны сени с шатровой звонницей и обшитое досками крыльцо, развернутое на север. Таким образом, все сооружение сос­тоит из четырех частей. Впрочем, такая структура харак­терна для подавляющего большинства часовен Севера. В це­лом эта схема повторяет традиционную, каноническую схему расположения основных помещений в церкви, с одним только исключением: в часовнях никогда не было алтаря. В этой особенности и заключается главное отличие часовни от церкви.
Деревни на Севере чаще всего были невелики, и поэтому строить для каждой или хотя бы для нескольких из них свою церковь было бы нерационально. Главная, приход­ская, церковь, находившаяся, как правило, в центре погоста, вполне удовлетворяла нужды прихожан в торжественных богослужениях (литургиях, или, по-русски, обеднях) и совер­шении таких церковных таинств, как брак, крещение, покаяние. Для литургии и перечисленных обрядов был необходим алтарь. Однако существовали и повседневные службы, так называемые «часы», а также обряд отпевания, для соверше­ния которых алтарь не требовался. Вот для таких, более насущных церковных надобностей и сооружались часовни — простейшие храмы без алтаря, возводившиеся почти в каж­дой деревне.
Постоянного священника в часовнях, как правило, не было. Обычно батюшка приезжал на храмовый праздник, один-два раза в год, а все остальное время за часовней следил и организовывал в ней службу выбранный «миром» староста. По воскресным и праздничным дням староста отпирал здание своим ключом, и здесь, в молельне, у не­большого иконостаса грамотные крестьяне читали вслух Часослов. В этом и состояла вся нехитрая служба.
Гораздо торжественнее отмечались христианские празд­ники, которые в народной памяти были связаны с языческими верованиями. В эти дни (Иван Купала, Ильин день и не­которые другие), как в древние языческие времена, прино­сились жертвы — обычно здесь же, возле часовни, зарезали выкормленного всем «миром» быка или барана. Мясо варили в больших котлах, и в трапезной часовни устраивали всеоб­щий пир. Часто здесь же варили вскладчину и распивали ячменное пиво.
Как и всякое культовое сооружение в северной деревне, часовня была в первую очередь общественным центром, местом сбора людей. Кроме того, часовня — это гордость деревни, ее украшение, архитектурная доминанта. Это — сооружение, которое придает облику деревни неповтори­мость, группирует вокруг себя все постройки. Поэтому, когда часовни сооружали — как правило, своими силами, всклад­чину,— то старались эти простые, небольшие сооружения украсить, выделить, придать им особое обаяние.
На всем Русском Севере нет двух одинаковых часовен, хотя по своей структуре все северные часовни одинаковы. Каждое из этих сооружений создавалось с учетом особен­ностей архитектурного облика деревни и специфики окру­жающего ее ландшафта. Так, леликозерская часовня была поставлена на небольшой возвышенности, за деревней, среди полей. Поэтому се композиция, в целом протяженная, спо­койная, включает в себя два эффектных вертикальных акцента — двойную, приподнятую кровлю молельни и шат­ровую звонницу. Обе вертикали делают часовню стройнее, зрительно выше. Силуэт ее становится резным, нарядным. Верхняя крыша молельни, как кружевная, нависает над нижней. Она покрыта «красным» тесом с пикообразными завершениями. На фасадах часовни в солнечные дни появ­ляется сложная, богатая игра светотени.
Особенность архитектуры леликозерской часовни состоит в сдвоенности некоторых элементов: двойная кровля, двой­ное окошко в сенях. Особенно хороши два широких ворот­ничка полиц па звоннице, напоминающие распустившиеся, остроконечные цветы ромашки. В этом сходстве архитектурной детали и цветка проявилась важная особенность народной деревянной архитектуры: ее родство с природой. Народные постройки, созданные из природного материала, использующие в своих элементах мотивы форм деревьев и цветов, так естественно, органично вписываются в ланд­шафт, что сами как будто становятся его частью. И так же как дома, часовни и церкви неразрывно связаны с природ­ным окружением и прильнувшие к воде баньки, и особня­ком, за деревней стоящие риги, и высокие «полосатые» за­роды, и, конечно, украшения округи — живописные ветряные мельни цы.
Риги, зароды и мельницы — сооружения, предназначен­ные для обработки зерновых и зерна. Каждая из этих построек была необходима на определенном этапе этого сельскохозяйственного процесса: на зародах сушили снопы зерновых, втыкая их между горизонтальными жердями, в ри­ге сушка заканчивалась и снопы обмолачивались, на мель­нице мололи зерно.
В экспозиции Заонежского сектора, в составе рекон­струированного недалеко от часовни комплекса «Остожье», находятся зароды и перевезенная в музей в 1961 году
рига из деревни Березовая Сельга. Рига была построена в конце XIX века. Ее устройство традиционно: внутри — печь-каменка, над ней, на уровне чуть выше человеческого роста, настланы жерди-колосники, на которые укладывали снопы зерновых (ржи, овса или ячменя). Печь топили целый день — и лежавшее на колосниках зерно досуши­валось. После сушки снопы снимали, раскладывали на полу и молотили цепами (по-заонежски — пригузами), отделяя зерна от колосков. Выбитые цепами зерна провеивали, соби­рали в мешки и свозили в амбар или на мельницу. Солома тоже собиралась и впоследствии шла в корм скоту.
Мельницы на Севере строились двух типов—водяные и ветряные, причем водяных было больше, так как в крае множество рек и речушек. В экспозиции заонежского сек­тора присутствуют мельницы и того и другого типа.
Водяная мельница, перевезенная в музей в 1963 году, была построена в 1875 году в деревне Березовая Сельга крестьянином Ф. М. Стафеевым. Это совсем простое, без всяких архитектурных украшений, четырехгранное бревен
чатое сооружение, с небольшой пристройкой, в которой размещены два колеса. Колеса вращались под напором воды. Их движение передавалось каменным жерновам, моловшим зерно, и пестам, при помощи которых зерно дробилось в ступах. Внизу, рядом со ступами, располагается ларь для сбора муки. Засыпали зерно в верхнем этаже мельницы.
Ветряные мельницы встречались в Заонежье гораздо реже, чем водяные, так как ландшафт в крае в основном равнинный, а для постановки ветряной мельницы требуется возвышенное место, открытое со всех сторон ветрам. И все же ветряные мельницы строились, причем их сооружение про­должалось и во времена первых в Заонежье колхозов, в конце 20-х годов нашего века. Наглядный тому пример — экспонирующаяся в Заонежском секторе ветряная мельница из соседней деревни Волкостров, построенная в 1928 году жителем этой деревни Н. Я. Биканиным (1880—1958).
Основной принцип действия мельницы прост: крылья ее вращаются под напором ветра; это движение внутри мель­ницы передается через горизонтально расположенный зуб­чатый вал жерновам и пестам. Как и в водяной мельнице, жернова мелют зерно на муку, а ступы обдирают его на крупу.
Сложность эксплуатации ветряной мельницы в том, что ветер часто меняет свое направление (в Заонежье это может происходить несколько раз в день). При каждой такой пере­мене крылья мельницы перестают вращаться. В таком слу­чае, приходилось поворачивать мельницу «по ветру*, как сказочную избушку на курьих ножках. Для того чтобы все здание мельницы вращалось вокруг оси, при постройке его «насаживали» на осевой столб, вкопанный в землю. Под срубом закреплено бревно-воротило, концы которого выходят далеко за пределы сооружения. Они-то и служат рычагами, при помощи которых удается вращать мельницу.
Мельницы ставились, как правило, за деревней или между несколькими деревнями, так как чаще всего стро­ились вскладчину (одному хозяину такое сооружение было не под силу) и принадлежали нескольким семьям.
Мерное кружение мельничных лопастей встречало пут­ника, выходившего из деревни, и долго еще, оглядываясь, он видел знакомый силуэт, чернеющий на фоне неба, и различал прощальные взмахи мельничных крыльев. Так и нынешних посетителей музея, покидающих Заонежский сектор — вос­созданный в музее уголок Зонежья XIX — начала XX века, провожает восьмикрылая ветряная мельница из деревни Волкостров.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.