ГлавнаяШкольникамМоя Карелия 5-6 классКультура Древней Карелии — Моя Карелия 6 класс
          МОЯ КАРЕЛИЯ 5 КЛАСС         МОЯ КАРЕЛИЯ 6 КЛАСС

Культура Древней Карелии

Язычество карел и вепсов
О том, какая религия была у карел и вепсов до принятия ими христианства, мы знаем очень мало. Древние финны и карелы поклонялись многим язы­ческим божествам. Но более других они почитали покровителя охотников Тапио и покровителя рыбо­ловов Ахти. По мере развития земледелия у карел появилось божество, отвечавшее за будущий уро­жай - Укко. Считается, что Укко был также и вер­ховным языческим богом. В его честь после окон­чания посевных работ устраивали веселый празд­ник.
Карелы язычники верили в загробную жизнь и в могилы умерших помещали различные предметы. Женщин хоронили с украшениями, мужчин - с ору­жием и орудиями труда. Богатых людей хоронили по-особому, в "домах мертвых". В могильную яму вставляли деревянный сруб, внутри которого поме­щали покойника и много дорогих предметов. Сруб закрывали и засыпали землей, а сверху насыпали курган.
Кроме того, карелы поклонялись священным рощам и деревьям, рекам и озерам, болотам и ис­точникам, горам и холмам, камням и пням, звездам, луне и солнцу. Особенно был развит культ жертвенных камней и священных рощ, которые находи­лись на окраинах кладбищ и полей. Самым извест­ным жертвенным камнем является Конь-камень на острове Коневец у западного берега Ладожского озера. На святых местах язычники под руково­дством своих жрецов - арбуев приносили в жертву животных (лошадей, быков, овец и птицу). Такими же язычниками были и вепсы.

Принятие христианства карелами и вепса­ми.
Важнейшим событием для развития культуры Карелии стало принятие народами Карелии христи­анства в форме православия. Народы Карелии при­шли к православию по-разному. Карелы были кре­щены в 1227 году, но это крещение носило во мно­гом формальный характер. Сначала христианство восприняла карельская племенная верхушка ("пять родов карельских детей") и те карелы, которые бы­ли больше связаны с Новгородом (купцы, воины, сборщики дани). Основная масса карел продолжала поклоняться языческим божествам. Постепенно среди карел стало распространяться двоеверие, од­новременное исполнение христианских и языче­ских обрядов.

Первые православные монастыри Карелии
Большую роль в Карелии в распространении христианства и христианской культуры сыграли православные монастыри. Одним из первых мона­стырей Карелии был Валаамский монастырь, осно­ванный на острове в северной части Ладожского озера. Наиболее вероятно, что он был основан в 1329 году. Согласно монастырским легендам осно­вателями Валаамского монастыря стали монахи Сергий и Герман. Уже в конце XV века Валаамский монастырь стал богатым землевладельцем, ему принадлежало 150 крестьянских дворов в Северном Приладожье. В конце XVI века на Валааме было около 200 монахов. Валаамский монастырь был крупным культурным центром. Там существовала большая библиотека, мастерская по переписке книг. Но к началу XVII века Валаамский монастырь был разорен шведами.
На юго-восточном берегу Онежского озера воз­ник Муромский монастырь. Это был первый право­славный монастырь на Онежском озере. Его основа­телем стал греческий монах Лазарь. В XVI веке в Муромском монастыре была построена небольшая церковь. Она получила название: Лазаревская цер­ковь или церковь Лазаря Муромского. В 1961 году ее перенесли в музей-заповедник "Кижи». Церковь Лазаря Муромского - древнейший сохранившийся памятник деревянной архитектуры в России
В 1429 году был основан Соловецкий монастырь, расположенный на острове на Белом море. Сначала на остров прибыли монахи Савватий и Герман. Жизнь на острове была очень тяжелой, особенно зимой. Через несколько лет Савватий заболел, Гер­ман перевез его в Сороку (Беломорск), где Савватий умер. Герман вернулся на Соловки с другим мона­хом - Зосимой. Считается, что Зосима родился и вырос в Толвуе. Именно Зосима создал монастырь и стал его первым настоятелем. Соловецкий мона­стырь стал большим и известным монастырем не только на Севере, но и во всей России.
На севере Заонежского полуострова, недалеко от села Толвуя был основан Палеостровский мона­стырь. В южной части Заонежья возник Климецкий монастырь.
Южнее Олонца, был основан Александро-Свирский монастырь. Его основатель, монах Алек­сандр родился в крестьянской семье в деревне Ман-дера на реке Оять. Можно предположить, что он был вепсом. Именно ученики Александра Свирско-го, вышедшие из его монастыря создали несколько небольших монастырей (пустыней) в Южной Каре­лии. Православие принесло книжность и литературу, новые формы деревянного зодчества и иконопись.

Грамотность и книжность
У карел не было своей письменности, но к середине 19 века они научились писать по-карельски, используя буквы русского ал­фавита - кириллицу.  В Новгороде найдено более 10 берестяных грамот, связанных с Карелией. Уже в XVI веке русскими переселенцами, заселявшими пустырные земли Олонецкого, края началось создание церковно­приходских школ. Постепенно стала расти числен­ность грамотных людей. На севере России не было крепостного права, местное население был более свободно, активно занималось промыслами, совер­шало торговые и деловые поездки. Многие северя­нам грамота была необходима, поэтому и грамот­ных людей среди поморов и жителей Заонежья было больше, чем среди крепостных крестьян центральной России. Грамотность пришла к карелам после Социалистической революции 1917 года.

Литература

Фольклор Карелии Эпос «Калевала»

Вы уже знаете, что такое фольклор. Вспомните, как пе­реводится это слово? Назовите известные вам фольклорные жанры.

Педри Шемейкка В давние времена в Ка­релии, когда большинство населения было неграмот­ным, знания о мире, о про­шлом своего народа и сво­ей местности, жизненный опыт сохранялся и переда­вался в устной форме. Ка­релы создавали руны (пес­ни), в которых слово и напев существуют не­разрывно, поэтому исполнителей рун называли рунопевцами. Это были обычные землепашцы, охотники, рыболовы. До нашего времени дош­ли имена рунопевцев   преимущественно XIX века. Одними из самых известных стали Онтрей Малинен, Ваассила Киелевяйнен, Архиппа Перттунен и его сын Мийхкали Перттунен, Педри Шемейкка и другие.
Рунопевцы помнили большое количество сюжетов и могли петь, не повторяясь, по не­скольку дней кряду, например, от Архиппы Перттунена записано 4124 строк в течение двух с половиной дней. Запомнить такое количество песен помогала система поэтических повто­ров, среди которых повторы начальных фраз, одних и тех же слов, предложений, звуков, постоянные эпитеты, повторы самих дейст­вий и целых эпизодов. Отличительной чер­той был и простой тип фразы, которая состояла преимущественно из существительных и глаго­лов с минимальным количеством прилагатель­ных и наречий.
Первым русским переводчиком карело-финских народных песен стал Федор Глинка (1786 - 1880). В 1827 - 1828 годах, находясь в ссылке в Петрозаводске, он встретился с финским ученым А. Шёгреном, со слов кото­рого записал подстрочники двух карело-финских народных песен: «Вейнамена и Юко-вайна» и «Рождение арфы». Его переводы со­храняют  повторы,   звукопись, калевальскую метрику песен - четырехстопный хорей. Про­чтите отрывок из песни «Рождение арфы», под арфой подразумевается кантеле:
Сам наш старый Вейнамена, Сам ладьи изобретатель, Изобрел и сделал арфу. Из чего ж у арфы обруч? Из карельския березы. Из чего колки у арфы? Из каленых спиц дубовых. Из чего у арфы струны? Из волосьев бурных коней.
Вспомните, что вы знаете об эпосе «Калева­ла»?

«Калевала»
-
эпическая поэма, созданная на основе древних карельских и финских народных песен.
Э. Лённрот Ежегодно, 28 февраля, от­мечается День «Калевалы». Именно в этот день в 1835 году финский уче­ный и поэт Элиас Лённрот, создатель этой уни­кальной поэмы, передал рукопись в типогра­фию, однако, окончательная версия была опуб­ликована только в 1849 году
Э. Лённрот (1802 - 1884) родился в Саммати на юго-западе Финляндии в семье сельского портного. Элиас рано приобщился к крестьян­ским работам. Он ловил рыбу, ставил в лесу силки на птиц, капканы на зверя, помогал отцу в портняжном деле, плотничал и столярничал, делал лыжи и кантеле. Элиас рано научился чи­тать. Хозяйка соседней усадьбы поднимала по утрам своих детей словами: «Эй, сони, вставай­те! Элиас уже давно с книгой на дереве сидит». Мальчик обладал выдающимися способностями и феноменальной памятью. В школьные годы он выучил латинско-шведский словарь, именно знание латыни позволило ему стать учеником аптекаря и поступить в университет, где Лён-нрот сначала изучал филологию, а потом меди­цину. Долгие годы Лённрот работал врачом в городе Каяни. Отсюда он совершал длительные путешествия за народными песнями по Фин­ляндии и Карелии. Во многих деревнях Лённрот встречался с десятками талантливейших рунопевцев, от которых записал много песен, послуживших основой «Калевалы».
«Калевала» - огромное эпическое произве­дение, в котором использованы мотивы и фрагменты древних песен самых разных жанров: эпических, лирических, свадебно обрядовых, охотничьих, пастушьих, песен-заклинаний, сказок, пословиц. В «Калевале» нашли отражение и мифологические песни карелов и финнов о сотворении мира из ути­ного яйца, о создании кантеле и волшебной игре на нем; о тайне рождения огня, железа; о загадках звездного неба; о волшебном сам-по, дающем изобилие.
Калевала в «Калевале» - поэтическая страна, где живут Вяйнямёйнен, искусный певец, сма­стеривший кантеле сперва из щучьих костей, потом из ствола березы; Илмаринен - умелый кузнец, сковавший чудесную мельницу сампо; Лемминкяйнен - беззаботный задира, прихо­дящий на чужие пиры без приглашения. Калевале противопоставлена Похьела, где живет Ловхи (Лоухи) - умная и хитрая хозяйка этой страны, куда ездят герои за невестами и откуда похищают мельницу Сампо. (По А. Ми­шину). Сегодня исторически признано, что эпос Калевала это произведение одного автора. Им является Э. Лённрот. Это признано и финскими и
учеными литературоведами. В том числе и А. Мишиным. Такая вот получилась ошибка.

Былины
Русское население, проживающее на терри­тории Карелии, прославило себя в былинном творчестве. Былины - стихотворные сказа­ния о богатырях, их подвигах и деяниях. Бо­гатыри - главные действующие лица былин. Они та могущественная и непобедимая сила, которая совершает подвиги ради мира и благо­получия Русской земли. Каждый из богатырей -личность исключительная: они необычно рож­даются и уже в детстве обретают неимоверную силу, легко побеждают своих врагов, совер­шают необыкновенные поступки. У каждого богатыря - свое имя, своя биография, свой круг действий и подвигов.
И все это есть в былинах, записанных на территории Карелии: они рассказывают и об Илье Муромце (былины «Исцеление Ильи Муромца», «Илья Муромец и Соловей-разбойник», «Илья Муромец и Идолище», «Илья Муромец и Калин-царь»), и о Добрыне Никитиче («Добрыня и Змей», «Добрыня и Настасья», «Добрыня и Василий Казимиро-вич», «Добрыня и Попович Алеша»), и о Волхе Всеславьевиче, о Вольге и Микуле, Святого-ре, Дунае, Сухмане, Михаиле Потыке, Ставре Годиновиче, Дюке Степановиче, местном богатыре Рахте Рагнозерском и многих дру­гих героях русских былин.
Особо стоит былина «Садко», самый развер­нутый и совершенный вариант которой записан именно в Карелии. Он объединяет три сюжета о Садко: «Бедный гусляр Садко благодаря своему искусству чудесным образом получает богат­ство», «Садко состязается с новгородскими купцами» и «Садко у Морского царя». В отли­чие от перечисленных былин, которые мы на­зываем героическими, эта былина сказочного характера. Она относится к новгородским бы­линам, так как ее центр не Киев, а древний Новгород, славившийся высокой художест­венной культурой, рыбным промыслом и мор­ской торговлей. И главный герой - не богатырь и не воин, а художник, который благодаря сво­ему таланту музыканта из бедного купца пре­вращается в богатого. Трижды богатые купцы не зовут его на почёстен пир, трижды он идет к Ильмень-озеру, играет на своих гуслях яровча-тых, вызывая восхищение самого водяного, а затем Морского царя. Из глубокой древности идет этот мотив вознаграждения, как позднее и мотив путешествия в подводный мир и жертво­приношения морю.

А й как начал играть во гусли во яровчаты, А играл он с утра как день теперь до вечера. А й по вечеру как по позднему А й волна уж в озере как сходилася, А как ведь вода с песком теперь смутилася, А й как тут вышел царь водяной теперь со озера,
А й как сам говорит царь водяной да таковы слова:
- Благодарим-ка, Садко да новгородский!
А й спотешил нас теперь да ты во озере,
А у меня было да как во озере,
А й как у меня столованье да почестен пир,
А й как всех развеселил да на честном пиру
А й любезныих да гостей моих.
А й как я не знаю теперь, Садко, тебя да чем пожаловать:
А ступай, Садко, теперь да во свой во Нов­город,
А й как завтра позовут тебя да на почестен
пир,
А й как будет у купца столованье почестен
пир,
Ай как много будет купцов на пиру много новгородскиих. На пиру Садко выигрывает у новгородских купцов богатство, которое использует на благо родного города:
А й как выстроил он палаты белокаменные, А й как сделал Садко да в своих он палатуш-ках,
А й как обделал в теремах всё да по-небесному:
А й как на небе пекет да красное уж сол­нышко -
В теремах у него пекет да красно солнышко;
А й как на небе светит млад да светел месяц -
У его в теремах да млад светел месяц;
А й как на небе пекут да звезды частые -
А у его в теремах пекут да звезды частые.
А й как всем изукрасил Садко свои палаты белокаменные...
Необычны не только герои былин, но и бы­линный стих, который не похож на привычные стихи, необычен и язык былины. Это совер­шенно особый художественный мир, который не встречался вам в литературных произведе­ниях

Вопросы и задания:
Что такое руна? Кого называли рунопевцами? Проставьте ударения в приведенном отрывке, выразительно прочитайте его. Когда отмечается День «Калевалы»? С каким событием это связано? Подготовьте рассказ об Э. Лённроте. Каких героев «Калевалы» вы знаете? Вырази­тельно прочитайте песни о героях «Калева­лы»?
Найдите  в  тексте  «Калевалы» фрагменты древних мифов, прочитайте их. Выучите наизусть понравившийся вам от­рывок из песни.
В чем заключается своеобразие былинного сти­ха? Научитесь читать былину выразительно. Какие особенности поэтической традиции ха­рактерны как для рун, так и для былин? Пока­жите это на примерах.

СКАЗКИ.
Вы уже знаете много сказок и русских, и  народов мира. А что такое сказка?

Еще одно художественное богатство Каре­лии - ее сказка. Вам хорошо известны сказки о животных - «Кот, петух и лиса», «Лиса и волк», «За скалочку - курочку» и многие другие. Вы знаете много волшебных сказок о Сивке-Бурке, Бабе Яге, Финисте - Ясном Соколе, Елене Пре­красной и Василисе Премудрой. Наверное, ме­нее известны так называемые новеллистиче­ские, или бытовые сказки. В них, как правило, действие происходит не в море-океане, на ост­рове Буяне и не в тридевятом царстве, тридеся­том государстве, а на деревенской улице или избе, в обычной обстановке. И ее персонажи обыкновенные люди: мужик, баба, купец, сол­дат, царь и т.д. И хотя в этих сказках отсутст­вует сверхъестественное, в них говорится о не­вероятном - невероятной, чрезмерной глупости, невероятной лени, невероятной доверчивости, невероятной злобе. Чрезмерность, невероят­ность и создает тот абсурд, на котором держит­ся новеллистическая сказка. Одна из них
Как старик горох сеял

ВЕПССКИЕ СКАЗКИ
Фольклор вепсов, как и карел и русских, уходит своими корнями в далекую древность. Имея общую историческую судьбу, народы, проживающие на территории Карелии, не мог­ли не оказывать друг на друга взаимного влия­ния. Тем не менее до сих пор основная часть вепсов сохранила свой язык и культуру. Вепс­ский фольклор, и прежде всего - сказки - запи­сывались учеными еще в XIX веке. Известный вам Элиас Леннрот был одним из первых со­бирателей вепсских сказок. Сказочный репер­туар вепсов разнообразен. Это и сказки о жи­вотных, волшебные, новеллистические, сказки-анекдоты. Познакомься с одной из сказок, запи­санной в Прионежском районе в селе Шелтозе­ро. Она дана в переводе, максимально прибли­женном к оригиналу.

Медведь и лиса

Встретились в густом лесу медведь и лиса. И спрашивает медведь:
Ну, как поживаешь, лиса?
Да живу, видишь, стараюсь своим хвостом для тебя тропинку расчистить и платы не про­шу.
Да неужели с меня плату брать, - говорит медведь, - если я в нашем лесу как царь, все меня боятся. Да и одной силы сколько! - хва­лится медведь.
И пошли они вместе бродить по густым ле­сам. Идут они и попали как-то на муравейник. Лиса и говорит:
Ну-ка, медведь, прищурь свои глаза и по­смотри, как муравьи таскают камни ростом с себя.
Тут он прищурил один глаз, а вторым ви­дит: правда. Ухватился и он тоже лапами за ка­мень, величиной с него, лежавший тут же рядом. Сколько ни тужился, ни ворочал, а одолеть никак не смог. Лиса и говорит:
- Вот ведь каков ты, медведь. Говорил, всех сильнее ты, а может быть, ты слабее меня.
И пошли они дальше. Идут-идут они и на­ткнулись на женщин-грибников. А женщины как увидели медведя - и давай кто во что го­разд: одни в ведра барабанить, другие кричать во все горло. Медведь испугался, видит, что тут творится, да и наутек. Бежал-бежал, спотыка­ясь, как полоумный, и свалился со скалы. Толь­ко его и видели, медведя-то. А лиса присела под сосну да с ухмылкой смотрит на все, что делается вокруг.

Писатели и поэты о природе Карелии.

О природе написано немало произведений, можно сказать, что это одна из главных тем как для писателей, так и для поэтов. Вспомните, в каких прозаиче­ских текстах эта тема основная, или в каких произведениях, рассказывая о собы­тиях из жизни героев, автор обращается к описанию природы. Как вы думаете, для чего он это делает?

Виктор Соловьев
1923 - 1992

Виктор Соловьев - один из тех писателей, для которого тема природы глав­ная. Он родился не в Карелии, но прожил здесь долгие годы, раз и навсегда влю­бившись в северную землю. Будучи заядлым охотником, писатель много времени проводил в лесу, наблюдая за естественной жизнью лесных птах и разных «зве­рюшек», среди которых был даже хозяин карельских лесов - медведь. Итогами наблюдений стали книги замечательных рассказов-былей: «Гагарье гнездо», «Дятлов шедевр», «Охотничья тетрадь» и другие. Для первого знакомства предла­гаем прочитать маленький рассказ В.Соловьева «Дятлов шедевр».

ДЯТЛОВ ШЕДЕВР

Весной дятел стучит не ради сытости, а ради музыки! Гляди, с каким вдохновением он колотит! В этом деле и нельзя вполсилы: искусство требует трудов...
В погожем розовом покое в разноголосый птичий перезвон врываются чеканные дятловы трели. Вот про­стучал один, другой и тотчас за болотом - третий. Oiffl со­ревнуются. Но тут дело не в прочности клюва, не в силе удара, а в умении заставить дерево звенеть особенным, неповторимым тоном. Во всей округе среди стука дятлов вы не услышите двух одинаковых звучаний.
От инструмента-дерева зависит личное дятлово сча­стье. Попробуй-ка, разыщи свой инструмент среди тысяч одинаковых колодин, беззвучных и настроенных не в лад. Найди меж безголосых сучьев музы­кальный. И пробуди, заставь запеть!
Порхает по стволам трудяга-музыкант, приладится и так и этак, ударит раз, другой, опять перелетит. Уж было, кажется, нашел, что нужно, опробовал, прислушался - фальшивит: подлая трещина портит дело... И снова поиски. И снова пробы. И наконец-то - вот оно. Желанный, безупречный инструмент! Не звук - мечта. Держись, соперники-соседи! Теперь поглядим, чья возьмет!
Однажды я шел с тетеревиного тока, И на ходу дремал после бессонной ночи. И тут сквозь монотонный гул ручья отчетливо расслышал голос арфы. Словно бы кто-то трогал струны неумелой рукой. «Неужто чудится», - поду­мал я и повернул в направлении звуков. И вот что мне открылось. Просека и телефонный столб с натянутыми проводами. А на столбе, меж изоляторами, двигается пестренький комочек - обыкновенный малый дятел с багровой полос­кой на темени... Взмахнул головкой дятел да как забарабанит по столбу! И ото­звались провода мажорным низким звоном. И долго угасал вдали задумчивый аккорд... А музыкант оцепенел и слушал, и как, должно быть, там, под сереньки­ми перышками, трепетало, волновалось сердце! А когда звуки смолкли, он за­порхал, кружась над просекой, восторженно выкрикивая: «Ки!» Потом с разлету сел, опять заколотил...
Где-то в деревяшку попытался вторить заурядный конкурент. Простучал и затих, подавленный творческой завистью.
«Ки! Ки! - разносится над лесом. - Слушайте, меня, пернатые! Слушайте и удивляйтесь: это ли не шедевр!» И, словно палец пианиста, вдохновенный, бы­стрый клювик бьет по клавишу-столбу.
Я двинулся своей дорогой, и долго еще слышалась мне дятлова арфа. И мне подумалось, что ведь шедевры-то никто из гениев умышленно не создавал, что ведь, по сути дела, все они - счастливая находка.

Природу Карелии прославляют в своих стихах не только прозаики, но и многие поэты. Каких из них ты знаешь? Вспомни их стихи.

Виктор Сергин
1938 - 1998

Среди поэтов Карелии, для которых главенствующей темой стала тема при­роды, особое место принадлежит Виктору Сергину. Он родился в Кондопожском районе, долгое время работал лесником, выступая его защитником и воспевая в своих стихах карельские леса, где «даже звезды пахнут хвоей». В. Сергин с боль­шой любовью описывает белые ночи, брусничные поляны, лесные сумерки. Его перу принадлежат небольшие поэмы «Отчий дом» и «Кижи». Эти произведения написаны о родном поэту Заонежье, об отцовском доме, который находится сей­час в Кижах.

Лунная ночь Зеленый сумрак шалаша И колкая хмельная хвоя, Лунища, сложенная вдвое, И леса сонная душа -все в облике слилось ночном. И только лет безумной птицы разъединить на миг стремится тьму с тишиной, звезду с лучом. Река неслышная струится, С весла веселая капель Слетает звонко, серебрится ... И лодка темная, как птица, Всей грудью выплыла на мель. Звезда сверкнет и разгорится И канет в синюю купель. А на воде вдруг отразится Сосна - веселая девица, И строгая монашка - ель.

Над Карелией ночи белые, над озерами ветер стих. Зори падают перезрелые в ноги елочек молодых. Не колеблется, не колышется в белом маревев сонный всплеск. Травы стеблятся , сосны высятся солнце просится из небес.

Константин Паустовский

1892 - 1968

Константин Паустовский Имя этого русского писателя вам, несомненно, знакомо. Вспомните, какие произведения вы читали самостоятельно или на уроках литературы. О чем эти произведения?
«Пленительную власть Севера» К. Паустовский испытал, побывав не только в Ленинграде и на Кольском полуострове, но и в Карелии, которая покорила его своей красотой.
Писатель побывал в Петрозаводске и его пригородах: Соломенном и Сайнаволоке; посетил Кондопогу, Гирвас, Олонец, Ругозеро, Реболы, Пудож, Медвежьегорск, Повенец; был на Киваче, восторгался Кижами. Более всего К. Паустовского поразили и очаровали бе­лые ночи. Вот, как он описывает ее в повести «Золотая роза», главе «Белая
ночь»:

Белая ночь простиралась вокруг. Я впервые видел ее не над Невой и двор­цами Ленинграда, а среди северных лесистых пространств и озер.
На востоке низко висела бледная луна. Она не давала света.
Волны от парохода бесшумно убегали вдаль, покачивая куски сосновой ко­ры. На берегу, должно быть в каком-нибудь древнем погосте, сторож пробил на колокольне часы - двенадцать ударов. И хотя до берега было далеко, этот звон долетел до нас, миновал пароход и ушел по водной глади в прозрачный сумрак, где висела луна.
Я не знаю, как лучше назвать томительный свет белой ночи. Загадочным? Или магическим?
Эти ночи всегда кажутся мне чрезмерной щедростью природы - столько в них бледного воздуха и призрачного блеска фольги и серебра.
Человек не может примириться с неизбежным исчезновением этой красоты, этих очарованных ночей. Поэтому, должно быть, белые ночи и вызывают своей непрочностью легкую печаль, как все прекрасное, когда оно обречено жить недолго.
Я впервые ехал на север, но все казалось мне здесь знакомым, особенно груды белой черемухи, отцветавшей в ту позднюю весну в заглохших садах.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.