ГлавнаяАрхивЭтнография Олонецкой губернииРуотси Н. 1913- Личность карела

Руотси Н. Личность карела // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. 1913. № 3. С. 103 – 106. О Карелии. I.

Личность карела.

 

Личность карела  Руотси Н. 1913Карелы в настоящее время встречаются в следующих шести губерниях: Тверской – 111.679 человек, Олонецкой – 59.413, Выборгской около 20 тысяч, Архангельской – 19.980, Новгородской – 9.980, Петербургской – 835 человекъ. Следовательно, всех карел в настоящее время насчитывается до 230 тысяч. Как мы видим, большая часть карел распределена внутри Империи и только сравнительно небольшое количество их (около 20 тысяч) живет в Финляндии.

Не вдаваясь в исторический разбор жизни карел, отметим только, насколько карелы устойчивы в настоящее время, как отдельная народность. По всем данным, полученным, как русскими, так и финскими исследователями, карелы, обитающие в Империи, русеют, а карелы Финляндии офинниваются, причем, как обрусение, так и офиннивание идет успешнее в тех местностях, которыя дальше отстоят от русско-финляндской границы и, следовательно, находятся в более близком соседстве с местностями с чисто русским или финским населениями. Так, карелы Ярославской и Петербургской губерний почти уже совершенно обрусели и даже своим родным языком показали русский язык. С другой стороны, карелы Финляндии, живущие в губерниях Куопиоской и Выборгской, кроме Сальминскаго прихода, несмотря на то, что большинство из них и теперь исповедует православие, уже настолько офиннились, что ничемъ не отличаются от всех остальных финнов тавастов, хямэлястов и др. Отстранив обе приведенныя крайности, мы остановимся более подробно на жизни пограничных карел, т.-е. карел, обитающих в губерниях: Олонецкой (уезды Повенецкий и Олонецкий), Архангельской (уезд Кемский) и Выборгской (уезды Сальминский и Шуезерский). Хотя внешния условия жизни у всех пограничных карел как финских, так и русских, почти совершенно одинаковы, но тем не менее, жизнь первых весьма значительно разнится от жизни последних. Так, природа и почва здесь совершенно одинаковы, поэтому одинаковы и источники существования: земледелие, скотоводство, рыболовство, лесной промысел и т. д.

Одинаков в сущности и язык карел, с тою, конечно, только разницею, что язык финских карел постепенно сливается с финским языком, а язык русских – с русским. Как офиннивание, так и обрусение карельскаго языка происходит не только постепенным наслоением отдельных финских или русских слов, но и самый язык вливается в формы, заимствованныя из финскаго или русскаго языков, причем такое изменение языка идет можно сказать, гигантскими шагами. Автор этих строк хорошо знающий все три упоминаемых языка, т. е. карельский, русский и финский, сам производил эти наблюдения и убедился, что в каких-нибудь десять лет язык финских карел некоторых местностей (особенно в Сальмии) настолько офиннился, что в нем стало больше сходства с финским языком, чем съ соседним и родственным себе олонецким. Карельский язык, как и русский, делится на множество отдельных говоров.

Так, например, часто в местностях, расположенных всего на несколько верст друг от друга, говорят различно. Особенно, хорошо различаются эти говоры в языке олонецких карел. Что же касается вопроса, обрусение или офиннивание карельскаго языка идет быстрее, то нужно сказать, что офиннивание происходит несравненно скорее, чем обрусение. Это объясняется тем, что в основе своей карельский язык есть родственный языку финскому и представляет из себя ни что иное, как только видоизменение финскаго языка так сказать, отдельную ветвь последняго. Напротив, с русским языком карельский в основе своей не имеет никакого сходства, а если он русеет, то это только в силу необходимости, путем чисто искусственным; вернее даже не русеет, а просто забывается, вытесняемый русским языком. В то время, как любой карел вполне понимает родственный своему финский язык, он часто ни слова не понимает по-русски. К последнему он привыкает только при непосредственном сношении с русскими или же школьным путем.

В виду этого и обрусение карел идет сравнительно медленнее, чем их офиннивание. С языкомъ тесно связано и культурное положение карел. Финские карелы, например, объединенные с финнами сходным языком, легко перенимают обще-финляндскую культуру, так что в этом отношении в настоящее время стоят, можно сказать, на одной ступени с финнами. Русские же карелы по культуре далеко уступают своим соседям (финским карелам). Причиной этому служит, с одной стороны, как мы уже сказали, различие в языках (карельскаго и русскаго), а с другой – значительная обособленность русских карел, обитающих в глуши лесов и болот, вдали от всех культурных центров. В этом отношении нельзя не признать справедливым, если Карелию еще и до сих пор называют „медвежьим уголком”.

Таким образом, чтобы поднять карел хотя бы на ту же самую степень развития, на какой стоит вообще весь русский народ, здесь необходимо бы иметь сравнительно большее число школ, чем в других местах России, а между тем их в Карелии, к сожалению, еще очень немного. Конечно, в настоящее время количество школ в Карелии с каждым годом увеличивается, но результаты все же еще получаются довольно незначительные, так как народ, во-первых, еще не свыкся с духом просвещения, а во-вторых, препятствуют этому внешние условия, главным образом, различие в языках. Крестьянскй мальчик, обучавшийся 3–4 года в русской школе, попав опять в прежнюю карельскую среду, нередко, не только совсемъ забывает все полученныя в школе познания, но и самый школьный (русский) язык, и только в счастливых случаях удерживает за собою кое-какую грамоту.

В общем большая часть карел совершенно неграмотна. Мыслимо ли в таком случае, чтобы, например, карел, стоя в церкви, понимал хотя бы самую суть богослужения, отправляемаго на славянском языке. Или удивительно ли после этого, что автору этих строк в некоторых домах русских карел, наряду с иконами, случалось видеть портрет какой-нибудь знаменитой артистки, и в одном месте даже несколько игральных карт. Недостаток просвещения непосредственно налагает свой отпечаток и на экономическое положение русских карел, которое, нужно сказать, довольно незавидное. Чтобы нагляднее представить это положение, мы опять таки сравним наших русских карел с их финскими соседями.

Так, например, обратите вы внимание на то, как финские карелы ведут свое сельское хозяйство, как успешно они обрабатывают поля, осушают и засевают болота, развивают скотоводство, прибегая при этом к различнаго рода корпорациям, обществам и т. п. Много помогает благосостоянию финскиъ карел, конечно, и правильно поставленное лесоводство, а также хуторная система землевладения, представляющая несомненныя преимущества пред системой общинной, каковая еще существует у русских. Войдите теперь к нашим русским карелам и посмотрите на то же сельское хозяйство у них. Насколько плохо и неумело ведется оно здесь! Единственная система хлебопашества, практикуемая почти во всей Карелии, это – подсечная. Не вдаваясь в подробное перечисление всех недостатков этой системы, заметим только, что кроме усиленнаго труда, требующагося от крестьянина при таком способе земледелия, и, кроме того, что хлебопашество по подсечной системе редко дает удовлетворительный урожай, она (подсечная система) еще и положительно вредна, так как благодаря ей губится совершенно напрасно громадное количество ценнаго леса, могущаго, при надлежащихъ условияхъ, служить весьма важным подспорьем для крестьянина.

Что же касается скотоводства в русской Карелии, то об этомъ говорить не приходится; оно стоитъ ниже всякой критики и никогда не оправдываетъ трудов. (Следует, однако, заметить, что карелы на скотоводство употребляют сравнительно немного труда в виду своей малокультурности). Плохая порода скота, недостаток корма, а главное – плохой уход за скотом – вот самыя существенныя причины плохого положения скотоводства в русской Карелии. Скот здесь разводят исключительно ради домашняго обихода, без всяких промышленных целей. Продукты скотоводства, молоко и масло (последнее совершенно неумело приготовленное), утилизируются далеко не с тою пользою, какую они на самом деле могли бы дать. О сепараторе, например, большинство русских карел и понятия не имеет, между тем как последний (сепаратор) представляет необходимую домашнюю принадлежность почти каждаго финскаго карела. Как же теперь выйти из такого положения? Прежде всего, конечно, требуется образование: нужно учредить как можно больше школ. В данном случае введение всеобщаго обучения в Карелии было бы более уместно, чем где-либо. При этом весьма желательно, если бы в карельския школы назначались учителями лица, более или менее знакомыя с жизнью карел, а еще лучше, если бы эти учителя были сами выходцами из карел. Здесь же уместнее всего было бы устройство школьных садов или образцовых сельско-хозяйственных училищ.

Что же касается улучшения исключительно экономическаго характера, то в этом отношении главное зло заключается в общинном землевладении. „Дайте человеку право собственности на скалу, и он превратит ее в роскошный сад”, говорит Милль. Хотя эти слова не ко всем одинаково приложимы, но тем не менее, в них заключается значительная доля правды. В то время, как в руках плохого хозяина собственность по вполне понятным причинам может послужить только во вред, – в руках разумнаго земледельца такой порядок землевладения представляет неоспоримыя преимущества. Не пойдем далеко за примерами, которые нам можетъ дать опять-таки Финляндия. Живут же финны почти на голой скале, но однако материальное положение их ничуть не хуже нашего. Местами финны буквально добывают хлеб из камня и добывают лишь потому, что они имеют право собственности на этот камень. В видах экономическаго же развития следовало бы обратить внимание и на проведение новых путей сообщения, которые могли бы соединить Карелию с культурным миром. Предполагаемая железная дорога, соединяющая Мурман с Петрозаводском и далее Петрозаводск с Петербургом, будет как-нельзя лучше соответствовать этой цели.

Охарактеризовав вкратце карел, как отдельную народность, нам остается еще сказать несколько слов о психологии карела. Карелу одинаково присущи черты, как финские, так чисто русские. Так, с одной стороны, честный, энергичный и выносливый, как и его соседъ финн, онъ в то же время далеко живее последняго. Веселость (черта чисто русская) карелу присуща не менее, чем великороссу. Карел большой любитель пошутить, попеть, поиграть и поплясать. Карелы – народ поэтический. Поэтическая струнка карела особенно ясно проявилась в его сказках, песнях и особенно в мифах, которые завоевали себе известность во всем образованномъ мире. Гостеприимство – черта одинаково присущая как русским, так и финнам, выступает у карела особенно рельефно. В общем, карел, как богато одаренная от природы натура, воплощает в себе все симпатичныя черты, присущия только истинно культурному человеку. Пусть смоет он с себя сажу, насевшую на него при обжигании леса под пашню, дайте ему потоньше одежду, выведите его из своей „медвежьей берлоги” на свет – и вы увидите пред собою настоящаго интеллигента-европейца. Н. Руотси.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.