ГлавнаяАрхивФольклор Олонецкой губернииКарельская народная поэзия — частушки

 

ЧАСТУШКИ

 


Третьим территориально обособленным видом народной поэзии являются частушки. Они бытуют во всей Олонецкой, отчасти и в средней Карелии. Северная граница распространения частушек нами точно не установлена. В Паданах их кажется уже нет, хотя по непроверенным данным в Поросозере Паданского района обнаружены частушки.
Т. Юфа Прозрачная осень.В Ухтинской Карелии частушка совершенно неизвестна, если не считать некоторых исключений. Летом в 1928 г. я, в Бабье Губе, написал 10 частушек со слов одной девушки, при чем выяснилось, что эта девушка находясь беженкой в Финляндии изучила их со слов беженцев Олонецкой Карелии.
Собирание и изучение частушек началось совершенно недавно. Карельские частушки, насколько мне известно, впервые появились в печати в 1922 году. Они в количестве шестидесяти четверостиший напечатаны в Финляндии в сборнике „Rahvahankandelom" (Народное кантале). Затем в 1927 г. Г. X. Богданов случайно обнаружил бытование частушек в Сямозерском районе. Им было записано их несколько десятков и напечатано в газете „Пунайнен Карьяла". Затем Совпартшкольцы продолжали собирание частушек, и печатали в той же газете. В 1928 г. он специально ездил в Сямозерский район для собирания частушек, а в 1929 г. в Олонецкий, так что в в настоящее время имеются исследоваиными в общей сложности около 800 частушек.
Характер бытования частушек иной, чем эпическо - народной поэзии и заплачек. Если в первом случае слагателями, хранителями и носителями является молодежь, то во втором случае в этой роли выступают старики и старушки. К этому надо добавить, что знание карельских частушек распространено преимущественно среди девушек, а знание русских частушек, которые бытуют в том же районе наряду с карельскими, среди парней. Объясняется это тем, что парни лучше, чем девушки, владеют русским языком.
Частушки по своей формальной конструкции представляют четырехстрочную песенку, исполняемую, очевидно, по тому же музы­кальному шаблону, как исполняются и русские частушки.

По содержанию частушка всеобъемлюща. „Нет ни одной стороны народной жизни, нет ни одного чувства или настроения на ко­торое бы она не откликнулась: любовь со всеми нюансами ее переживаний, рекрутчина, поэтические мотивы, моды, события политической общественной жизни, местные события, отношения между молодежью и старшим поколением в деревне, нежная лирика, меткий юмор, ядовитая сатира — словом вся жизнь доступная деревенским слагателям и хранителям частушки, служат материалом для содержания последней". Так характеризует русскую частушку П. М. СОБОЛЕВ.
Эта характеристика в полной мере применима и к карельским частушкам, однако, с одной существенной оговоркой, которая в свою очередь, как нам кажется, применима и к русским частушкам, а именно: все эти моменты деревенской жизни своеобразно оцениваются отдельными слоями крестьянского населения, они своеобразно отражаются в психологии различных слоев населения — словом мы имеем ни едннную по содержанию частушку, а классоводифференцированную, хотя форма остается одной и той же. Для подтверждения указанного положения приведем несколько примеров. Вот частушки характеризующие отношение богатых девиц к бедным парням.

Soavan brrhat forssitah,  Парни Саввы форсят.
Da milbo forssustu pietah.  А чем они форсить могут,
Tshoassut pajas tavotah,  Часы в кузнице куют,
Kalossut tuohes jamotah.  Галоши из бересты плетут.
    
    
Kuku kuku kagizeni,     Ку-куй, ку-куй, кукушка,
Kuivan kuuzen Iadvas. На вершине сухой ели,
Elkoa forssiet Soavan brihat    He форсите парни Саввы,
Piikoistanlt jallas.        В домотканных штанах.
    
    
А вот голос беднячки. Он звучит гордо, хотя иногда и проскальзывает грустная нотка по любимому парню:

Vie sanottih — et mene miehel.
En mennega mibo sih.
Vie sanottih — eule sopoa.
Elanen, ga vie loajin.

Еще сказали — не выйдешь замуж,
Не выйду, так что же с того.
Еще сказали — нет (у тебя) платьев.
Жив буду, так сделаю.


Lietshoin lietshoin laudazella,
Ei laudaine hallennuh.
Tshihiihof, tshiihoi kullan moamo,
Ei kicfaine hallennuh.
    
На качели я качалась,
И доска не раскололась,
Кричали, кричала -мать милого,
Не разорвалось ее горло.
    
Kullan moamo viestin tyodi
Neveskakse en ota.
Maltoin mini vasta tyoda:
Et ota ga mibo sih.
    
Мать милого весть послала:
Невесткой (тебя) не возьму,
Сумела я ответ послать,
Не возьмешь, так чтож с того.


Kuldoi Icodisen sroi, Otshahaisen obshivoitsi.
Tahtoi minim nagroih soattoa, Sanoin: nai bohatemmis!
    
Милый построил дом, Переднюю часть обшил, обелил,
Хотел меня на смех поднять, Я сказала — женись на богатой.

Имеются даже частушки круглых сирот. Они также выражают свою незавидную участь в частушках:

Janoi jatti pienet poijat,
Poikki joves uiciamah.
Viehai meidy toatto jatti,
Armottomaks kazvamah.
    
Заяц оставил маленьких зайчат
За рекой, чтобы переплыть.
Также и нас отец оставил,
Cиротинками расти.
    
    
Ela, junialaine lebi,
Sirotaksi kazvamah.
Joka tshorttu silmah iskov,
Pimieh tshuppuh istuttav.
    
Ax, боженька, не доведи,
Сиротинками расти.
Каждый чорт пальцем тычет
В черный угол сажает.
    

Вопрос о происхождении карельских частушек оставляем открытым, хотя представляется весьма заманчивым предположить тут заимствование от русских. В пользу такого предположения именно близки по содержанию и форме с русскими, во-вторых, как уже указывалось частушки не распространены по всей территории Карелии, а именно в той ее части, которая находилась под меньшим русским влиянием, чему район бытования частушек, и наконец, в третьих, имеются карельские частушки, которые по содержанию совпадают с русскими. Но если принять во внимание, что частушки бытуются среди финнов Ленинградской губернии, как это стало мне известно, то придется этот вопрос пока отложить.
В заключение необходимо указать на значение народной поэзии для наших дней. С первого взгляда может казаться, что как будто бы народная поэзия очень далека от интересов современности. Однако это является глубочайшим недоразумением, ибо в произведениях народной фантазии отражено наше прошлое, без звания которого, как известно, нельзя познать настоящего и будущего. Кроме того, народная поэзия сложила в истории человечества огромную роль в деле создания художественной литературы, а с этой точки зрения не может пройти мимо народной поэзии, формирующаяся на наших глазах карельская пролетарская литература. Наконец произведения народной поэзии имеют само по себе эстетическую ценность, как выразители детских ступеней в развитии человечества.
С нашей точки зрения разбор космоганических взглядов западных финнов представляет не только научный, но и сугубо практи­ческий интерес, ибо научный анализ их дает материал для антирелигиозной пропаганды, актуальность которой в наше время, пожалуй, никем не может быть оспариваема.
Вопрос заключается в том, чтобы пробудить интерес среди широких слоев населения — крестьян, учителей, учащихся, селькоров и т. д. — к народной поэзии. Надо во что бы то ни стало добиться собирания их в одно место, чтобы спасти от вымирания бога­тейший источник для познания нашего прошлого и сохранить для будущих поколений художественные ценности, в том виде, в ка­ком они никогда не будут воспроизведены.

Рийко.

По материалам книги "10 лет Советской Карелии" 1930 г.

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.